В романе «Война и мир» Л. Н. Толстой предстает перед читате­лем не только как самобытный гениальный писатель, стилист и ху­дожник. Важное место в сюжете занимают его оригинальные исто­рические взгляды и идеи. Писатель, который в России всегда боль­ше, чем писатель, создает собственную философию истории: цель­ную систему взглядов на пути, причины и цели общественного развития. Изложению их посвящены сотни страниц книги. Более того, вторая часть эпилога, завершающая роман, представляет собой ис-торико-философский трактат, мировоззренческий итог многолетних поисков и размышлений автора на заданную тему.

«Война и мир» - не просто роман исторический, но также роман об Истории. Она - действует, и ее действия имеют непосред­ственное влияние на судьбы всех без исключения героев. Она - не фон или атрибут сюжета. История - то главное, что определяет плавность или стремительность его движения.

Вспомним заключительную фразу романа: «...в настоящее время... необходимо отказаться от сознаваемой свободы и признать не ощущаемую нами зависимость», - и здесь Толстой ставит точ­ку.

Образ широкой, полноводной, могучей реки - вот что возника­ет в молчании и пустоте. Эта река берет свое начало там, где начи­нается человечество, и течет туда, где оно умирает. Толстой отказы­вает всякой личности в свободе. Всякое существование - есть су­ществование по необходимости. Всякое историческое событие - есть результат бессознательного, «роевого» действия природных исторических сил. Человеку отказано в роли субъекта общественного движения. «Предмет истории - есть жизнь народов и человечест­ва», - пишет Толстой, отводя ей, истории, место действующего субъекта и персонажа. Ее законы - объективны и независимы от воли и поступков людей. Толстой считает: «Если существует один свободный поступок человека, то не существует ни одного истори­ческого закона и никакого представления об исторических событи­ях».

Личность может мало. Мудрость Кутузова, как и мудрость Пла­тона Каратаева, состоит в бессознательной покорности влекущей их жизненной стихии. История, по мнению писателя, действует в мире как естественная природная сила. Ее законы, подобно зако­нам физическим или химическим, существуют независимо от жела­ний, воль и сознании тысяч и миллионов людей. Именно поэтому, считает Толстой, невозможно объяснить что-либо истории, исходя из этих желаний и воль. Всякий общественный катаклизм, всякое историческое событие есть результат действия безличного недухов­ного персонажа, чем-то, впрочем, напоминающего щедринское «Оно» из «Истории одного города».

Вот как Толстой оценивает роль личности в истории: «Истори­ческая личность - суть ярлык, который история вешает на то или иное событие». И логика этих рассуждений такова, что в конечном счете из истории исчезает не только понятие свободы воли, но и Бог в качестве нравственного ее начала. На страницах романа она вы­ступает как абсолютная, безличная, равнодушная сила, смалываю­щая в порошок человеческие жизни. Всякая личная активность не результативна и драматична. Словно в древней пословице о судьбе, которая влечет покорных, а непокорных тащит, она распоряжается человеческим миром. Вот что происходит с человеком, по мнению писателя: «Человек сознательно живет для себя, но служит бессо­знательным орудием для достижения исторических общечеловечес­ких целей». Поэтому в истории неизбежен фатализм при объясне­нии «нелогичных», «неразумных» явлений. Чем больше мы, по мнению Толстого, стараемся разумно объяснить эти явления в исто­рии, тем они становятся для нас неразумнее и непонятнее.

Человек должен познать законы исторического развития, но в силу немощности разума и неверного, а точнее, по мысли писателя, ненаучного подхода к истории осознание этих законов еще не при­шло, но обязательно должно прийти. В этом состоит своеобразный философский и исторический оптимизм писателя. Для этого необ­ходимо изменить точку зрения, «отказаться от сознания неподвиж­ности в пространстве и признать неощущаемое нами движение», от-казаться от концепции свободно действующей в истории личности, неузнав абсолютную и жесткую необходимость исторических закономерностей.